Панова Светлана Анатольевна, доктор технических наук, кандидат экономических наук, профессор кафедры финансовых рынков и финансового инжиниринга
Москва
Svetlana A. Panova, Doctor of Engineering Sciences, Candidate of Economic Sciences, Professor of the Department of Financial Markets and Financial Engineering
Moscow
Переход Сергей Александрович, кандидат экономических наук, заведующий лабораторией «Фининвест», доцент кафедры финансовых рынков и финансового инжиниринга
Москва
Sergey A. Perekhod, Candidate of Economic Sciences, Head of the «Fininvest» Laboratory, Associate Professor of the Department of Financial Markets and Financial Engineering
Moscow
Цель. Обосновать концепцию двухуровневой архитектуры российского рынка секьюритизации, в которой классические конструкции на базе специализированных финансовых обществ (SPV) и секьюритизированные цифровые финансовые активы на базе распределенных реестров выполняют разные, но взаимосвязанные функции.
Методы. Исследование выполнено как качественная концептуально-теоретическая работа на стыке прикладного финансового инжиниринга и институционального анализа. Аналитическая рамка включает структурную диагностику российского рынка секьюритизации по официальным статистическим и отраслевым материалам, институционально-функциональное сопоставление классической и цифровой конфигураций сделки, качественный анализ распределения контроля и рисков по ее стадиям, а также выявление институциональных условий, при которых цифровой контур может сформировать самостоятельный второй уровень рынка.
Результаты работы. Показано, что классическая модель секьюритизации в России подошла к институциональному пределу эффективности: рынок остается высококонцентрированным, а тяжеловесная инфраструктура сделки затрудняет масштабирование неипотечных выпусков и сужает доступ для сделок малого и среднего объема. Цифровая конфигурация рассматривается как механизм формирования второго уровня рынка, ориентированного на более короткие, гибкие и информационно сложные активы. Дополнительно уточнен порог экономической целесообразности классической сделки, ограничивающий применение SPV-модели для малых и средних неипотечных пулов требований.
Выводы. Цифровая трансформация выступает условием формирования второго уровня российской секьюритизации. Классические облигационные конструкции сохраняют преимущество в долгосрочном ипотечном фондировании, тогда как цифровые финансовые активы получают институциональные преимущества в сегментах оборотного финансирования, факторинга, финансирования МСП и отдельных категорий проблемной задолженности.
Purpose: to substantiate the concept of two-tier architecture for the Russian securitization market, which functionally differentiates classical structures based on special purpose vehicles (SPVs) and securitized digital financial assets built on distributed ledgers.
Methods: the paper is designed as a qualitative conceptual and theoretical inquiry at the intersection of applied financial engineering and institutional analysis. Its analytical framework combines structural diagnosis of the Russian securitization market, institutional functional comparison of classical and digital deal configurations, qualitative analysis of control and risk allocation across deal stages, and identification of institutional conditions under which the digital segment may form an autonomous second market tier.
Results: the study shows that the conventional Russian securitization model is approaching an institutional efficiency ceiling: the market remains highly concentrated, while the heavy infrastructure of the deal constrains non-mortgage issuance and small- to medium-scale transactions. The article treats digital securitization as the institutional foundation of a second market tier designed for shorter, more flexible and information-intensive assets. The analysis also specifies the cost threshold limiting the use of classical SPV structures for smaller non-mortgage pools.
Conclusions and Relevance: digitalization is treated as a condition for the emergence of the second tier of Russian securitization. Classical bond structures retain their advantage in long-term mortgage funding, whereas digital financial assets gain institutional advantages in working-capital finance, factoring, SME finance, and selected categories of distressed assets.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.