Андрианов Кирилл Владимирович, руководитель отдела развивающихся рынков Департамента международных долговых рынков; внештатный преподаватель Факультета экономики и управления Международного университета Ала-Тоо
ResearcherID: GLQ-9942-2022
Scopus ID: 58781632500
Бишкек
Kirill V. Andrianov, Head of Emerging Markets Division of the International Debt Markets Department; Adjunct lecturer, Faculty of Economics and Management of International Ala-Too University
Researcher ID: GLQ-9942-2022
Scopus ID: 58781632500
Bishkek
Цель. Выявление возможностей и ограничений развития торговли стран-членов ЕАЭС.
Методы. На основе базы данных экспорта и импорта расширенной группы стран ЕАЭС и стран, аффилированных с этой группой, были рассчитаны индексы торговой интенсивности, модифицированный индекс Херфиндаля-Хиршмана, индексы потенциала интеграции, построены структурные сети торговых связей. Проведен многосторонний анализ перспектив торговли ЕАЭС в случае вхождения в объединение стран, имеющих тесные торговые связи.
Результаты работы. Была проведена оценка устойчивости торговых отношений внутри ЕАЭС (ЕврАзЭС) за период с 1995 по 2024 гг. В анализ включены торговые отношения группы из 13-ти стран, имеющих наиболее интенсивные связи. Выявлены характерные особенности торговых взаимоотношений как внутри ЕАЭС, так и со странами, рассматриваемыми в качестве потенциала интеграции. Показана неравномерность и асимметрия экспортно-импортных отношений внутри ЕАЭС. Россия и Казахстан ориентированы на европейских партнеров; Армения, Беларусь и Кыргызстан теснее связаны с азиатскими рынками. Выявлены риски и потенциал интеграции новых участников торговли в рамках ЕАЭС.
Выводы. Динамика торговых взаимоотношений демонстрирует углубление интеграции стран-участниц ЕАЭС. Позитивная динамика и расширение структуры торговли одновременно несет в себе риски и возможности для развития. Наблюдается сильная волатильность торгового участия Казахстана, риск зависимости для Беларуси, но основными рисками развития являются обособленность импортно-экспортного профиля России и близость экспортно-импортных профилей России и Казахстана внутри структуры союза. Преодоление обозначенных проблем возможно через расширение рынков и увеличение числа участников союза. Наиболее высоким потенциалом для расширения текущей структуры ЕАЭС обладают Иран, Узбекистан, Индия и Египет. Сделанные выводы позволили сформулировать рекомендации для формирования стратегии развития ЕАЭС.
Purpose: to identify opportunities and constraints for the development of trade among EAEU member states.
Methods: based on export and import data for an extended group of EAEU countries and affiliated partners, trade intensity indices, a modified Herfindahl–Hirschman index, integration potential indices were calculated, and structural trade networks were constructed. A multilateral analysis of EAEU trade prospects under potential enlargement scenarios was conducted.
Results: the study assesses the stability of intra-EAEU trade relations over the period 1995–2024, covering trade interactions among 13 countries with the most intensive ties. Key features of trade relations within the EAEU and with potential integration partners are identified. The results reveal uneven and asymmetric export–import structures within the EAEU. Russia and Kazakhstan remain oriented toward European markets, while Armenia, Belarus and Kyrgyzstan are more closely linked to Asian markets. Risks and integration potential associated with new participants are identified.
Conclusions and Relevance: trade dynamics indicate deepening integration within the EAEU, accompanied by both risks and opportunities. There is strong volatility of Kazakhstan's trade participation, the risk of dependence remains high for Belarus. Key challenges include Russia’s limited involvement in intra-union trade and the similarity of export structures between Russia and Kazakhstan. Expansion toward Iran, Uzbekistan, India and Egypt could mitigate these constraints and enhance integration resilience. The conclusions made it possible to formulate recommendations for forming the EAEU development strategy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.